Раем оросило, солнечно и утро…
Во дворе осина, а на ней Иуда.
А под ней иду я, рву рукою колос.
Холодно и дует. И повсюду космос.
Я в посудах яды, как и все, лакаю,
как и все, от яви – сам себе лекарство.
Душу дай в отчизне – душу замордую.
Дай звезду от жизни – в жизни замурую.
Так-то замирая совами болота,
мыслим: за морями солнце и свобода!
Правда опростила!.. А проснемся утром:
во дворе осина, а на ней Иуда.
1974
(В. Соснора)
Искала перепостить свой старый пост и наткнулась на одну запись про самоидентификацию, а там вот такой камент от
Манипулирование, думаю, становится возможным именно тогда, когда человек «идентифицирует» себя с запасом, когда льстит себе: я и историк, и социолог, и философ, и просто порядочный человек — вот тут с ним и начинают работать.
Если же кто честно признается себе «нет, какой я историк, что я знаю на самом деле? В архиве даже ни разу не был!» – т.е. идентифицирует себя апофатически
Или «Какой я социолог, что я в этом понимаю»?
Или «Хреновый из меня философ»…
И уж точно не порядочный человек, «кто я такой, чтобы судить? Сам-то хорош…» — вот тут и стоп-машина. С такими дебилами никакие манипуляции не проходят. Но побеждают они.
То есть, люди, которые занимаются своим делом?
В этом году в моем 3-м классе появился новенький. Забавный мальчишка: когда звенит звонок с урока, все обычно прощаются по-английски, а он начинает мне желать кучу всего — здоровья, денег, мужа хорошего, мира… вплоть до ясной погоды) не шутка — он прямо остановиться не может. Я его как-то попросила все же и по-английски на прощанье что-нибудь говорить. И теперь, после своей минутной тирады, он говорит «бай». Я все думала, отчего у меня такое странное чувство от этого — уже — ритуала. И вдруг поняла, что он очень похож на… молитву.
И все-таки у меня нет сомнений, что Цветаева, Иванов, Ходасевич и др. никогда бы не заняли активную (да и пассивную) антироссийскую позицию в нынешних обстоятельствах. Просто потому, что они здесь слишком многое любили. Вообще — любили больше, чем ненавидели (у Цветаевой где-то: «никогда я не ненавидела красных так, как любила белых»). А эти именно что ненавидят больше всего, это основа их мировоззрения и средство существования. Судя по всему, они только обрадуются, если вместо России будет одна сплошная европа. Им так комфортнее. Это не Балабанов в Каннах: «тут на рынке черешня дешевая, а в остальном… а в остальном — у нас лучше». И в какое время!..
Однажды в небольшую одиноко стоявшую церковь пяти мучеников на острове Хиос в день ее престольного праздника не пришел ни один человек из-за крайне суровой зимы. Увидев, что храм пуст, благочестивый священник решил уже было править службу в одиночестве, когда неожиданно перед ним предстали пять мужей, во всем схожие с теми, что были изображены на иконе пяти мучеников. Став на клиросе, они пропели все положенные в этот день песнопения. Когда пришло время чтения мученических деяний, святой Орест возложил книгу на аналой посреди храма и начал читать. Дойдя до того места, где описывалось малодушие, охватившее его самого при виде пылающего огня, он слегка изменил стоявшее там слово и вместо «и он устрашился» произнес «и он улыбнулся». Тогда святой Евстратий прервал его и суровым голосом сказал: «Читай все так, как было на самом деле!» Покраснев от смущения, святой Орест заново прочитал это место в точности так, как было написано. Когда служба подошла к концу, святые мученики закрыли книги, потушили свечи и исчезли так же таинственно, как и появились.
Вера — ипостась невидимого.
(Евр.11:1)
Сказка о том, где был солнечный свет…
У Григория Нисского: Бог — добр, но Его добрОта — не в смысле «благо», а в смысле «красота». (Но и значение «благо» тоже присутствует, конечно).
И в псалме это синонимы: «что добро или что красно».
И в книге Бытия: «добро зело», оказывается, дословно — «весьма прекрасно».
