Менталитет

Совсем молоденькая Джулия Робертс отвечает на вопрос журналиста «А чем вы гордитесь?»:
— Я — хороший человек (a nice person).

И так это просто и мило звучит, без тени как самолюбования, так и комплексов. Подумала, кто бы у нас так мог ответить. Мне кажется, только Волочкова. Нет, она бы сказала — «прекрасный»! Может, Рудковская? Но в любом случае, в нашей цивилизации это звучит диковато.

* * *

Истомилась в теле бестия,
Исстрадалась в нем душа.
Было ли тебе так весело,
Как сулила анаша?

Два огня в глухих ресницах,
Жажда адская страстей,
Шамаханскою царицей
Ты всходила на постель.

Хохотала и бесила,
И пылала, словно газ.
Что ты там себе просила?..
Получила все на раз.

Одиноко ныне ложе,
И простынка холодна.
На тридцатилетней коже
В рай дороженька видна…

Капризы языка

Услышала тут выражение «армянский человек», и мне показалось, что это звучит странно. Этот оборот похож на эвфемизм или иронию. Так же с любой другой национальностью: немецкий, американский, японский и мексиканский человек — это что-то платоновское. В то время, как «русский человек» звучит гордо и улыбки не вызывает.