Месяц: Сентябрь 2015

Ах, поверьте мне, виконт, когда одна женщина наносит удар в сердце другой, она редко не попадает в самое уязвимое место, и такая рана не заживает.

(Шодерло де Лакло «Опасные связи»)

Григорий Медведев

* * *
Я иду мимо школы 6-ой — в просторечье — “дебильной”.
Отправляет сюда город мой, обветшалый и пыльный,
недоумков своих на постой.
Здесь беседка-грибок со скамейкой и гном из фанеры
зазывает на школьный порог — ручки сломаны, как у Венеры,
покосился, поблёк.
Солнце выжгло листву, прошуршу до конца сквозь аллею,
где воспитанники наяву приобщаются к пиву и клею.
Я неправильно как-то живу.
У кого поучиться, в какой такой школе дебильной? Не знаю.
Расскажи-ка мне, гном расписной, ну хоть ты, пока здешний вдыхаю
тёплый воздух, дымок торфяной.

* * *
В боковую плацкарту подсел сосед,
голова седая, двух пальцев нет.
с обветренным и грубоватым лицом,
сказал проводнице: буди под Ельцом.
Так и так, земеля, вот взял расчёт
у себя на стройке, что делать чёрт
его знает, кризис — пройдёт ли, нет
к лету хотя бы? Молчу в ответ.
— А то баба моя собралась рожать,
говорю, не время, надо бы переждать,
ни в какую, хочу, мол, пока молода.
Потому и мотался туда-сюда.
А теперь ни работы нет, ни хрена.
И куда мне с ней? Уж лучше б война.
На войне не стыдно, убьют, так убьют,
а живой вернёшься — вообще зер гут.
Бабе легче — та может родить,
ну а нам-то куда себя применить?
если ты не хапуга и я не бандит.
Да, бабе легче, она родит.
Остаётся война, либо жить в стыде,
только война неизвестно где. —
Постель он не брал, навалился на стол,
не знаю, заснул ли — я раньше сошёл.

* * *
Потому что беспалой ладони мало проку в перчатке, Кирилл
носит варежки, но никого не допроситься, кто б подсобил
из ребят их ловчее напялить, в коридорном толчётся тепле,
протирая культяпкой наледь на стекле.
У него рюкзачок допотопный и со сменкой дырявый мешок;
вот когда в смерть отправлюсь я, то в ней и за тот с меня спросят грешок:
потому что ладонью беспалой рукавиц не натянешь, Кирилл
со своей этой просьбочкой малой и ко мне подходил.
Но ведь все пацаны отказали! Как же мне? И действительно, как?
Оправданья там примут едва ли. А пока, малолетний дурак,
я дружков на футбольной площадке нагоняю, машу им рукой
в тёмно-синей китайской перчатке, но с английской нашивкой “best boy”.

* * *
мы выросли и стали мудаками.
мир нас поймал со всеми потрохами,
перефразируя г.с.сковороду.

пришлось идти работать муравьями:
нас подсчитали, уплотнили, уровняли
и взяли на полставки за еду,

где мы состарились и скоро миновали.
мир нас поймал, мы в мире мировали,
и перед сном читали ерунду.

Скорее всего, мы с ним виделись в 2011 году в Липках. А познакомилась с ним только сейчас…

Несколько лет назад говорили по душам с одним человеком, за которого я сильно переживала/аю. Ну, уже и тогда было очевидно, что он погибает, и не только со стороны. И вот он меня так спрашивает риторически:

— Ир, ну вот брошу я пить, к примеру… И что у меня останется? Чем я жить буду?..

Я чуть не поперхнулась, честно (А что у тебя есть-то?! Ты что, чем-то стоящим живешь последни -ндцать лет?!). Здоровье, красота, жизненная сила, женщины, дети, благополучие, карьера — понятное дело, все это давно ухлопано безвозвратно, и мы знаем, кому сказать за это «спасибо». Ладно, он может тешить себя мыслью, что презрел мирскую суету и красоту скоромимоходящую. Знаем мы эту лестную казуистику и блажь не понаслышке. Но ведь и элементарно от мозгов, совести и таланта одни вымоины остались. Был человек и нету. Гладенький такой и прозрачный, проспиртованный, ну прям как живой. И вот это чудо-юдо считает, что с водкой у него ЧТО_ТО_ТАКОЕ есть — сокровищница душевной красоты, не иначе (гэг). Впрочем, все эти разговоры — пустая трата времени, конечно. Два измерения пересекаются только в моменты сильной боли. Другого моего приятеля вот великий делирий посетил, а следом инсульт (в 27 лет!). Ну что сказать… Воздерживается. Да и невозможно никому доказать на словах, что без алкоголя жизнь только начинается. Чтобы закрыть эти двери, нужно понять, кто ими ходит.