Узник, ввергнутый в такую камеру, не имел соседей ни сбоку, ни сверху, ни снизу. В одиночке днем и ночью горел яркий свет, стены, выкрашенные белым, были сделаны из звуконепроницаемых материалов. Лишние вещи (газеты, например) запрещались. По замыслу коллег доктора Менгеле, придумавших эту систему, сенсорный голод (сенсорная депривация) должен был сломить заключенных. Человек, проведший некоторое время в “Мёртвом тракте”, чувствовал себя буквально погребенным заживо. Воздействие такой камеры на человека Ульрика Мария Майнхоф описывала так:
«Впечатление, как будто комната едет. Ты просыпаешься, открываешь глаза, и чувствуешь, как едут стены. Вечером, когда солнце светит под потолком, они внезапно останавливаются. С этим ощущением невозможно бороться, невозможно понять, от чего тебя всё время трясёт – от жары или от холода. Для того чтобы разговаривать нормальным голосом, приходится кричать. Всё равно получается какое-то ворчание – создаётся впечатление, что ты глохнешь. Произнесение шипящих согласных становится непереносимым. Охранники, посетители, двор для прогулок – всё это видишь, словно через полиэтиленовый пакет. Головная боль, тошнота.
Больше нельзя контролировать построение предложения, грамматику, синтаксис. При письме — две строчки, при написании второй, уже не помнишь, что было в первой. Неистовая агрессивность, которой нет выхода. Это самое страшное. Ясное сознание того, что у тебя нет ни малейшего шанса на существование, и не возможно ни с кем поделиться – во время посещений ты ничего толком не можешь произнести. Визиты не оставляют после себя ничего. Через полчаса невозможно вспомнить, было ли посещение сегодня или неделю назад. Чувствуешь себя так, словно с тебя сняли кожу». 9 мая 1976 года она была найдена мертвой в своей камере при странных обстоятельствах.
Астрид Проль за время пребывания в мертвых коридорах потеряла 80% слуха, 60% зрения, 40% веса и приобрела гипертоническую болезнь, сердечную аритмию, болезни вестибулярного аппарата, желудочно-кишечного тракта, печени, суставов, кожи, афазию, абазию, анорексию, аменоррею.
Чтобы устроить человеку ад, не нужно много инвентаря и богатой фантазии. Достаточно заставить его уединиться по-настоящему. Эта немецкая тюрьма — конечно, особый «цимес», но ведь и в Трубецком бастионе Петропавловки попытки суицида (именно из-за невыносимости изоляции, а не из-за тяжёлых условий содержания) были в ходу. А теперь познакомьтесь с собственным сердцем (перефразируя Кортасара).
